Беларусская сеть

– Можете ли вы представить себе, что продукты Toshiba будут окружать человека полностью? И не только в качестве IT-товаров (ноутбуки), но и в других, бытовых областях?

– Прекрасный вопрос. Прекрасный потому, что вы даете мне шанс поговорить о других сферах бизнеса Toshiba.

Мы занимаемся производством различных товаров: стиральных машин, атомных реакторов, в целом у нас есть очень и очень широкий спектр товаров для любого клиента.

Так что ответом на ваш вопрос будет: «Да». И сейчас нет необходимости говорить о будущем. Такая ситуация, о которой вы говорите, существует уже сегодня. Кроме того, надо сказать о том, что существуют различные рынки. У нас есть внутренний рынок: Япония и другие страны Азии. Есть и внешний рынок – все остальные страны. Есть большое количество производимых нами товаров, которые присутствуют на внутреннем рынке, но не представлены на внешнем.

Почему применяется такой подход? Ответ: это обычный подход компании Toshiba, наша пошаговая стратегия. Мы сохраняем преемственность и стабильность во всем, что мы делаем.

Так, например, мы инвестируем наши ресурсы, но мы также постоянно держим под тщательным контролем все то, во что мы инвестируем. И из-за того, что мы реализуем именно такую стратегию в области инвестирования, мы чувствуем себя уверенно в нынешних условиях кризиса.

– Есть ли рынки, на которых Toshiba работать нежелательно? Так называемые закрытые рынки?

– Таких рынков для нас нет. Есть менее предпочтительные рынки. Но вы можете найти продукты Toshiba везде в мире.

– Насколько политика бизнеса Toshiba зависит от политики страны происхождения? Например, от политики правительства Японии?

– Многое зависит от различных требований. Мы рассматриваем два уровня. Первый – когда мы обдумываем определенную линейку продуктов и требования для нее. Затем уже на местном рынке мы можем получить «обратную связь» и рассмотреть реакцию на тот или иной товар на месте. То есть мы мыслим сперва глобально, а затем уже исходим из позиций и требований локальных рынков.

Ответ на ваш вопрос – да. И нет.

Япония и японское правительство не могут заставить Toshiba продавать то, что им нужно и где нужно. Но мы помним о том, что наша компания находится в Японии, мы помним о том, что мы находимся на рынках Европы, Канады и так далее. Потому мы проводим периодические встречи с представителями госорганов, стараемся соответствовать стандартам этих стран в области качества, требованиям по маркетингу.

– Есть ли такое понятие, как глобальный продукт и локальный продукт? Например, продукты, которые выпускаются только для одного рынка.

– Да, есть. Но так происходит не потому, что мы взяли на себя какие-то обязательства. Мы не обязаны выпускать что-то глобально или для одного рынка. Такое может происходить и происходит исключительно на основании анализа местных рынков. То есть мы можем, проанализировав рынок, понять, что тот или иной товар будет востребован в Японии, но не будет покупаться в Европе, и наоборот.

– То есть существует единый продукт для глобального рынка, который попадает на местные рынки с определенными доработками?

– Не совсем так. Мы придерживаемся концепции «один товар для одного целевого рынка». Но я понял вопрос. Да, у нас есть товары, которые предназначены для широкого потребителя.

Определенный вид машин, которыми смогут пользоваться все, даже те, у кого нет опыта использования такого рода товаров. Но на этом рынке мы занимаем небольшую долю. Мы больше концентрируемся на специализированных рынках. И у многих товаров присутствуют именно те функции и черты, которые были разработаны специально для целевого рынка.

– То есть мы говорим о дизайне, технологиях и о чем-то еще?

– У нас есть три основных направления работы. Два из них – то, на чем концентрируются наши клиенты: качество и технологии. Третье – дизайн.

Дизайн всегда был важен. Причем мы сейчас говорим не только о дизайне компьютера, но и о дизайне его составляющих. В частности – как расположены элементы материнской платы. То есть мы не просто так располагаем на ней элементы, а мы проводим что-то вроде исследования микроклимата на ней: как себя чувствуют те или иные элементы, какова температура на ее поверхности в условиях использования в той или иной стране. Затем мы пытаемся обеспечить поток воздуха с кулера так, чтобы обеспечить оптимальную температуру устройства и тем самым обеспечить его наиболее эффективную работу.

Когда мы говорим о переходе с базового уровня к более и более высокому, мы как производитель смотрим на каждый из наших компьютеров и оцениваем качество его работы и определяем дизайн. Причем не только внешний, мы оцениваем и программное обеспечение, т.е. смотрим на то, как хорошо и как успешно будут работать те или иные программы.

И если посмотреть, сколько ноутбуков продает Toshiba, мы сможем понять, насколько важен такой подход.

Но сейчас, кроме прочего, мы совершаем революцию и в другой области – специализированных продуктов. И в этой области мы отходим от глобализации.

Ведь глобализация полезна в области снижения издержек на производство продуктов за счет унификации и стандартизации. Мы же пытаемся производить что-то, что, в соответствии с нашими исследованиями, нужно и полезно отдельным клиентам.

– Будете ли вы сотрудничать с Apple? Появится ли что что-нибудь вроде Toshiba-Fashion? Готовы ли вы продемонстрировать что-то экстраординарное?

– Да. Если рынок готов это принять.

– Имеется в виду продукт, который откроет новую нишу на рынке.

– Многие новые вещи созданы в нашей компании еще лет пять назад. Но мы можем вывести на рынок новый продукт только в том случае, если рынок готов его принять. Мы накопили богатый опыт в этой области. Ведь если производство не будет окупаться, нам придется его просто закрыть. Был случай, когда Toshiba создала абсолютно новый сервер. Мы были первыми на рынке, но не очень хорошо сработали в области коммуникаций. Так что мы действительно многому научились.

– То есть вы «прислушиваетесь» к рынку и делаете выводы?

– Да, мы бережем силы, средства и энергию, предлагая рынку нужную технологию в нужный момент. С другой стороны, мы много инвестируем в технологии для того, чтобы быть готовыми к новым требованиям и реалиям рынка. Мы работаем, таким образом, на рынок и бережем созданные нами технологии и решения до того момента, как они будут востребованы.

Есть другие компании, которые просто реагируют на рыночную ситуацию. Когда появляется новая технология, они ее покупают или воспроизводят, наполняя рынок большим количеством своих товаров. Мы же тратим очень большую часть наших доходов на исследования, в первую очередь – на математический анализ. У нас работает множество людей, которые проводят время, рисуя формулы на белых досках. Казалось бы – бесполезное занятие, но это не так. Из этих формул появляются технологии будущего. И нам нужно продолжать делать такие инвестиции, иначе мы просто застынем на месте. Сейчас мы создали что-то вроде дизайнерского центра, где наши аналитики сначала создают образ потенциального потребителя и через призму этого образа смотрят на создаваемые нами технологии и товары. Это поможет нам в будущем не выпускать на рынок те товары, к которым рынок пока не готов.

С другой стороны, мы проводим исследования рынков на предмет того, будет ли там востребован наш товар.

– Сколько лет, на ваш взгляд, осталось до революции в области компьютерной техники?

– Мы живем в мире, где исследования требуют больших инвестиций. Но эти инвестиции позволяют полностью изменить мир в течение ближайших 10-20 лет. Даже несмотря на то, что есть опасность, что кто-то выйдет с технологией раньше нас, мы все равно знаем, что эта технология у нас есть, что мы сейчас занимаемся ее улучшением и оптимизацией.

Мы занимаемся в том числе вопросами миниатюризации систем питания, батарей: чтобы эту технологию можно было использовать в ноутбуке, мобильном телефоне, КПК, других небольших по размерам устройствах. И возникает вопрос: где эти миниатюрные источники будут использоваться в первую очередь, где они выйдут на рынок? В компьютерах? Скорее всего, нет.

Потому что есть и другие технологии, где они будут нужны больше.

– Некоторые компании считают страны СНГ «странами третьего мира» и не видят необходимости выводить свои новые товары на эти рынки.

– Для нас эти рынки – приоритет номер один. Потому что в России, например, мы видим великолепные возможности. И мы хотим играть ведущую роль в России. Создавая новый стиль жизни, почему бы нет? Лидируя на этом рынке в области информационных технологий.

– А как насчет белорусского рынка?

– Я верю в большие возможности. У нас нет проблем ни на рынках СНГ, ни в Прибалтике, ни в Польше. Есть некоторые проблемы, скажем, в Венгрии, но это связано с рынком этой страны. Вопрос в том, чтобы выйти и закрепиться на рынках. Пусть не напрямую, а посредством наших товаров. Мы активно инвестируем для того, чтобы создать товары, которые обладают высоким качеством и в то же время доступны потребителям данного региона. Ну и по большому счету, я не верю в то, что есть большая разница между Россией, Беларусью, Польшей, Италией… Мы не так далеко друг от друга. Есть, конечно, некоторые отличия, но по большому счету мы все – люди, живущие в этом мире.

Источник: etc.by